Пишите, мы на связи
Рождение космоса складывается из двух ипостасей: как и зачем? Физиология мозга подсказывает, что должен существовать процесс, стимул, закон и определённая феноменология этого действа.
Природа экономит на деталях и лишнее никуда не выбрасывает. Глаз и в Африке глаз, подобен у всего живого: от пигментных пятен простейших до сложных конструкций моллюсков, птиц и млекопитающих. Скелет что внешний у насекомых и ракообразных, что внутренний у рыб, амфибий и всех, кто повыше.
Изумрудная скрижаль Гермес Трисмегиста описывает множество принципов и примеров, где человек, как многое среди органической и неорганической природы, подобен Демиургу, а значит рождение и жизнь человека будут по определению подобны космосу, продолжая тождество микро- и макрокосма.
Астрология, собственно, и базируется на постулате «что наверху, то и внизу»: познавая космос, мы познаем человека, но понимая ещё глубже человека, нам открываются невероятные небулы и чёрные дыры космоса.
С этим успехом продолжающий «Парменида» «Филеб» Платона мог быть написан собирательным мифологическим Гермесом. Дизайн человека по большому счёту списан с дизайна вселенной, и она живая (про панпсихизм см. подробнее в разделе о сознании).
Сократ: «Не скажем ли мы, что в нашем теле есть душа?»
Протарх: «Ясно, что скажем.»
Сократ: «Откуда же, дорогой Протарх, оно взяло бы ее, если бы тело Вселенной не было одушевлено, заключая в себе то же самое, что содержится в нашем теле, но, сверх того, во всех отношениях более прекрасное?»
Протарх: «Ясно, что больше взять ее неоткуда, Сократ.»
Легче начать с «зачем» применительно к человеку. Затем подойдём к «каку».
Жизнь есть смертельная болезнь, передающаяся половым путём, как описал это в своём фильме Кшиштоф Занусси. И смертельная болезнь случается, по Воланду, внезапно, ведь без астрологии и бегло, на коленке составленного хорара близи ст. м. Чистые Пруды, мы до конца не узнаем, разлила ли Аннушка масло.
Смерть есть новая жизнь и жизнь приводит к смерти, зарождающая новую жизнь, как пожар — свежую лесную поросль. Аутопоэзис на уровне клетки оказывается фактическим бессмертием на уровне биогеоценоза. Старое помрёт и станет кормом для нового.
На шпагате между жизнью и смертью висит человечек, каждый раз рождаясь с неизбежным намерением умереть, подкормив матрицу своей фракцией сознания, перегоняющего аффекты материального мира в текст мира духовного.
Эврипид: «Кто скажет, кто решит, не смерть ли наша жизнь, не жизнь ли — смерть?»
Таким образом, люди (народ) нарождаются, по замыслу Демиурга, как минимум чтобы кормить Вселенную. И всякой пастве нужен Пастырь, как учуял Достоевский в «Бесах», и пока не найдёт двуногий Царя в голове, будет томим он священной раной, дырой размером с Бога в терминологии Сартра:
Народы слагаются и движутся силой иною, повелевающею и господствующею, но происхождение которой неизвестно и необъяснимо. Эта сила есть сила неутолимого желания дойти до конца и в то же время конец отрицающая. Это есть сила беспрерывного и неустанного подтверждения своего бытия и отрицания смерти.
Дух жизни, как говорит писание, "реки воды живой", иссякновением которых так угрожает Апокалипсис. Начало эстетическое, как говорят философы, начало нравственное, как отожествляют они же. "Искание бога", как называю я всего проще. Цель всего движения народного, во всяком народе и во всякий период его бытия, есть единственно лишь искание бога, бога своего, непременно собственного, и вера в него как в единого истинного. Бог есть синтетическая личность всего народа, взятого с начала его и до конца.
Мы рождаемся, чтобы послужить батарейкой в матрице и приподнять частоту своего алчущего развития духа через телесный опыт. Да, отчуждённые, со стёртой памятью, оскоплённые полубоги с реликтовой болью телепатии и конвертации намерения в материю. Кьеркегор предвидел сартровскую дыру, начиная свой «Страх и трепет» горькими стенаниями и увещеваниями, зачем нас сюда поместили и бросили без инструкции. Насыпем соль на священную рану.
А зачем тогда родился космос?
Этого людям не понять, сюда попросту не приходят в телах те, кто знает ответ. Мы можем лишь предполагать, догадываться и осмеливаться в своих домыслах и сеансах регрессивного гипноза, как родилась наша вселенная.
Теперь настала очередь «кака»
Эзотерический концепт рождения и смысла пребывания человека на Земле несколько контрастирует с признанными в научном сообществе версиями, откуда Земля и откуда на ней человек. Космология нынче очень модна.
Каждый космолог издревле изобретал свою вселенную. Аристотель, Эпикур (вместе с Демокритом) и стоики передали пас Ньютону и Декарту: всё вокруг состоит из шариков, а также шарики летают на небе. Видимо, Аристотель в пику учителю Платону решил умолчать про пятую стихию и эфир.
Коперник подвинул Землю в центре, заменив её на астрономическое Солнце (хотя Коперник, безусловно, астролог и священник). Кант, Лаплас, Браге и Кеплер снабдили версию с летающими по безграничному вакууму шариками стройными математическими законами. По большому счёту, мы пользуемся этой моделью по сей день.
Профанным образом изыскания современной науки можно свести к формуле «мир = большой взрыв + инопланетная панспермия и/или коацерват Опарина, где случайной рекомбинацией органических молекул создан ваш глаз и мозг, который читает и соответственно перерабатывает данный текст».
Мы не раз вдребезги разобьём ахинею про случайность и даже немного подразоблачим Дарвина (всячески уважив отдельные элементы отбора в эволюции видов). Но даже из науки читается троица:
- что-то где-то взорвалось;
- потом сюда прилетело в виде сконденсированного газопылевого облака;
- на поверхности которого тем или иным образом зародилась и проэволюционировала жизнь.
Троица в космологии, точнее в космогонии, не нова. Рождение мира описывается в Евангелии от Ионна через универсальную формулу триединого. В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него на́чало быть, и без Него ничто не на́чало быть, что на́чало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.
Современник Иоанна Богослова неоплатоник Филон Александрийский расширяет троицу дальше:
- Адам – разум (дух).
- Ева – чувство (душа)).
- Змий – удовольствие и его последствия (его мы прочитаем как телесность чем числовой ряд Плотина, который поджидает нас на десерт)).
В индуизме:
- Шива – разумная статика духа).
- Шакти – чувственное начало души с тенденцией к разрушению вслед за созиданием (привет, аутопоэзис)).
- Вишну (+Лакшми) – регуляция телесных процессов и взаимодействие с плодородием и удовольствием).
В любой традиции мы сводимся к триаде дух-душа-карма (об этом подробнее ниже в соответствующем разделе).
Тройственность берёт на вооружение и ересь (гностики, манихейцы) — как через отрицание Бога, так и через поклонение Софии, и современная наука через Декарта и Кеплера (изобретатели стереометрии, где x,y,z — это Отец, Сын, Дух святой / сат-чит-ананда).
Августин Блаженный в «О граде Божием» прослеживает тройничность бытия через систему знания.
Но учение мудрости может иметь своим предметом или деятельность, или созерцание: почему одна часть его может быть названа деятельной, а другая – созерцательной, из которых деятельная имеет целью упорядочение жизни, т. е. просвещение нравов, а созерцательная – исследование причин природы и чистейшей истины.
В деятельной превзошедшим других считается Сократ; Пифагор же всеми силами своего мышления предавался философии умозрительной. А Платону ставят в заслугу соединение того и другого, и через это – усовершенствование философии. Последнюю он разделил на три части: нравственную, которая главным предметом своим имеет деятельность; естественную, посвященную созерцанию; рациональную, которая проводит различие между истинным и ложным.
К августиновской диаде 5-11 vita activa-contemplativа мы ещё вернёмся позднее. А триаду можно обастроологичить и сейчас. Философия созерцательная/естественная под ураном, поэтому находит истину первой; нравственная — под юпитером, отсюда вектор действий; рациональная/деятельная — под сатурном, цементирующая водораздел между бредом и здравомыслием.
<...> фрагмент будущей книги, продолжение следует <...>
